Техника и ностальгия
12/2/16 15:00![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
vladibo666
И тут вспомнилось. Наш ВЦ, тонны перфокарт, магнитные ленты, первые диски на 16 мегабайт. Да на таком диске вся операционка умещалась. Когда я летал в головной институт за изменениями в проектах, то ленты сдавали в багаж, а диски, величиной с крышку канализационного люка брал с собой, чтобы не повредились. Пассажиры и стюардессы смотрели, как на марсианина. По тепeрешним временам и близко бы в самолет не пустили. А на такой карточке, что у меня на пальце, поместились бы все данные не только мясомолочной промышленности нашей экономической зоны (кто-то хоть помнит о существовании территориальных управлений?), но и всей республики. А процессор? Я уже не помню данных, но уверяю вас, что любой ноутбук сегодня мощнее тех наших машин 40-летней давности.
Прогресс здесь более заметен, чем где-то еще. Впрочем и в других местах заметен. По крайней мере, для тех кто уже прилично прожил. Это я на себя намекаю.
Сейчас поностальгирую.
Ну, хотя бы быт. И это в большом городе. Квартира у нас была с печкой. Почему-то называлась голландской. Закупали дрова, приходили небритые мужики с кOзлами и огромными пилами, пилили и кололи дрова, складывали в сараи-кладовки, которые имели все жильцы в подвале под домом. В кухне была плита с чугунными кольцами. Топилась углем. Кроме кастрюль, сковородок, казанов на плиту еще ставили утюги. Знаете такие чугунные. Да, да, в 50-х такие были повсюду, а электрические возможно и существовали, но были редкостью и у нас в доме появились, где-то уже под 60-е. Летом готовили на чадящих примусах и керогазах. По дворам ходил, в чем-то очень засаленном, человек со звонком и глухим надрывным голосом вещал – Керосин, керосин. Толпой выстраивались в очередь к бочке, вроде квасной и продавец отливал в канистры вонючий керосин с помощью ковшика, такого же каким разливали молоко и тоже из бочки. К примусам надо было иметь проволочки-прочищалки для горелок. Если они не помoгали, то надо было тащить примус на ремонт. Да, была такая профессия - ремонтировать примуса. Исчезла как и многие другие, оставив по себе известный мем «Сижу, чиню примус, никого не трогаю». Исчезли и многие другие профессии уличных ремонтников, как, например, точильщиков колюще-режущих инструментов. Точильщики носили свои станки с точильным камнем на плечах из двора в двор с задорным, в отличие от керосинщиков, слоганом «Точить ножи, топоры, ножницы». И если за керосином, за молоком, за хлебом нас, пацанов, посылали всегда, то к точильщику уже шли хозяйки – малышне в руки ножи или ножницы не доверяли. Было классно смотреть за искрами вылетающими из под точильного камня и слушать почти скрипичные звуки крутящегося наждака об металл.
Тут у нас есть большие любители совка, выводящие на чистую воду, жаловавшихся на отсутствие товаров в магазинах, с помощью фотографий из знаменитой книги тех времен «О вкусной и здоровой пище» 1955 года выпуска. Чистое вранье, да и что может сказать человек только в этом 55 году и родившемся. Например, те же кастрюли или чайники. Купить-то можно было, хотя и с трудом, но для зарплаты это была большая нагрузка, сразу образовывалсь дыра в бюджете. И кастрюли были какие-то древние, не эмалированные, не из нержавейки или из медицинской стали, как сегодняшние, а из какого-то непонятного металла, в котором постоянно дырки образовывались или ручки отваливались. Поэтому во дворы частенько заглядывали представители еще одной отмершей профессии с зазывной менестрельской песней «Лудить-паять-кастрюли-чайники». Кто же еще приходил? Летчики, которые на самом деле были ледчики – развозили лед. У нас в доме стоял такой шкафчик-тумбочка, оцинкованный внутру, По центру было большое отделение, куда помещалась кастрюля с борщом, бутылек с молоком, масло. А в боковых отделениях, в пучках соломы и помещался лед, который эти «летчики» и развозили по дворам. Еще в те времена шутили: «Папа – летчик, а мама – чекист», что означало – папа развозит лед, а мама в магазине чеки выбивает.
Еще заглядывали собиратели вторсырья, обычно на конской площадке, с давно нечесаной лошадкой. Сносили все – железяки, разбитые грампластинки, даже кости. В обмен можно было получить глиняные свистульки, перышки для чернильных ручек, пистоны. Самый главный приз был пистолетик, стрелявший этими пистонами. На него надо было сдать уйму всякого добра.
А еще были старьевщики, но сдавать было нечего – все были очень богатыми и бывало один костюм был на всю семью. От деда переходил к отцу, а от отца к старшему сыну.
И для полноты картины надо сказать о стекольщиках. Иногда они сами ходили по дворам с деревянным ящиком на плече, полным оконных стекол. А иногда приходилось за ними отправлятся. И довольно часто. Причиной был наш дворовой футбол. Начиналось все так. На середину двора выходила наша дворничиха на пенсии, Акулина и громогласно вещала. Акулина, по ее собственным словам родилась еще при крепостном праве и работала дворничихой со дня постройки дома, еще при царе. После выхода на пенсию, продолжала следить за порядком в доме и пропустить наши шалости не могла. Уперев руки в бока она громогласно призывала наших мам: «Мадам Владимирова (или мадам Спивак, или мадам Прупес, итд)! А ваш Боря (Леня, Зорик, Юхишка, нужное подставить) шибку побив!». Далее вырезалось стекло, ставилось новое, обмазывалось замазкой. И по шее от мамы за выброшенный рубль.
На этом ностальгическая часть заканчивается, хотя о чем тут ностальгировать? О вонючем примусе, о вечных перебоях и отключениях воды в Одессе, о дворовом туалете?
Перейдем однако к моментам прогресса в нашей бытовой жизни, правда из-за недостатка места перенесу это в следующий пост.